главный герой — актер Артем Ткаченко. Интервью.

Интервью для журнала «Фильм»:

Артем Ткаченко: «Хочу сыграть Дали!»

Артем Ткаченко родился 30 апреля 1982 года в Калининграде. Занимался в театральной студии. После школы поступил в Театральное училище им. Щепкина, которое окончил в 2002 году. С 2003 года работает в театре «Шалом». Занят в спектаклях «Блуждающие звезды», «Пол-Нью-Йорка мне теперь родня» и др.

Сыграл главные роли в фильмах «Даже не думай!-2: Тень независимости» (2004), «Мечтать не вредно» (2005), «Ненасытные» (2006). Кроме того, снялся в телесериале «Бухта Филиппа» (2006).

12 октября на экраны России выходит мистический триллер Филиппа Янковского «Меченосец», в котором Артем Ткаченко исполнил заглавную роль. Его герой — убийца поневоле, человек, которого окружающий мир превратил в монстра. В преддверии премьеры картины артист дал эксклюзивное интервью журналу «Фильм».

— Артем, в одном из своих интервью Борис Бейненсон, руководитель калининградской театральной студии, которую вы окончили, утверждал, что уравновешенных детей и подростков на сцену, как правило, не тянет. В связи с этим хотелось бы узнать, когда и при каких обстоятельствах началось ваше увлечение театром…

— До конца девятого класса я о театре даже не думал. Однако, когда пришла пора определять свое будущее, кто-то из моих близких родственников — то ли мама, то ли сестра (сейчас я уже точно не помню) — посоветовал мне попробовать свои силы на сцене. «А почему бы и нет?» — подумал я, поскольку не увлекался ни точными, ни гуманитарными науками. Попробовал поступить в театральный класс — получилось. Помню, зачисляя меня, педагоги с надеждой говорили, что я, может быть, еще подрасту. В то время мой рост составлял примерно 165 сантиметров, у меня были большие глаза и уши, а по характеру я был очень активным, порой нервным, но не буйным. В сущности, таким я и остался! Есть у меня внутри какое-то «шило», не дающее успокоиться, остановиться на достигнутом. Что ж, вероятно, Борис Иосифович прав: абсолютно уравновешенные люди, видимо, редко выбирают сцену.

— Театральная студия, Театральное училище им. Щепкина, театр «Шалом»… И только потом первые работы в кино. Не мешали ли вам на съемочной площадке навыки, полученные в театре? Все-таки театр и кино отличаются друг от друга…

— Сниматься я начал еще в 2000 году, на втором курсе театрального училища. Первым моим фильмом стала лента «Мечтать не вредно» (правда, ее выход на экраны в силу различных обстоятельств задержался на несколько лет). Еще на пробах режиссер Евгений Лаврентьев сказал мне: «Тёма, расслабься, придержи театр! Не надо кричать, да и жестикулировать так здесь тоже не нужно. В кино все тебя и так увидят и услышат». Эти слова я запомнил навсегда, и с тех пор проблем с «театром в кино» у меня не было.

— Перед «Меченосцем» вы трижды снялись в молодежных комедиях. В чем причина такого постоянства? И кстати, какое амплуа у вас в театре?

— Мое театральное амплуа — еще со времен студенческих дипломных работ — острохарактерные персонажи. Например, в «Щепке», спектакле по пьесе Артура Миллера «Все мои сыновья», я исполнил роль Джорджа, нездорового, неврастеничного человека. Была еще постановка по произведению Робера Тома «Парад-алле, бездельники!» — там я играл очень странного полицейского. Ну а в кино — и в этом вы правы — у меня с комедией получился некий перебор. Поэтому я очень обрадовался, когда получил предложение сняться в триллере «Меченосец». Во-первых, мне всегда хотелось поработать с Филиппом Янковским, которого со времен картины «В движении» я считаю одним из лучших наших режиссеров. Во-вторых, я почувствовал: вот она, реальная возможность выйти за рамки комедийных постановок! Это не значит, что я испытываю какое-то предубеждение к комедии; нет, конечно, ведь именно с этим жанром связаны мои первые шаги в кино. Просто иногда, чтобы не стать заложником своего амплуа, необходимо сделать передышку и попробовать свои силы в чем-то другом.

— Филипп Янковский рассказывал, что в ходе кастинга «Меченосца» он устроил для вас очень необычные пробы. Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?…

— Пробы я не люблю. И, насколько мне известно, Филипп их тоже не любит, так как на них уходит слишком уж много нервов. И в этом отношении кастинг «Меченосца» не стал (во всяком случае, для меня) исключением. Во второй половине прошлого лета, сразу после окончания съемок в «Ненасытных» Руслана Бальтцера, я, прочитав сценарий, пришел к Филиппу. Мне дали пальто, которое впоследствии стало в фильме неотъемлемой частью моего гардероба. Затем Филипп выгнал всех из комнаты, поставил камеру на подоконник, включил ее и сказал: «Ну, давай, поживи в образе!». Я поднял воротник и произнес несколько фраз. Потом взял палку и по указанию режиссера изобразил ярость и злобу, проделав при этом несколько боевых движений. Мы тогда оба нервничали, так как и мне, и, как я предполагаю, Филиппу хотелось, чтобы пробы прошли успешно. К счастью, долго мучиться нам не пришлось. На всё про всё ушло полчаса. А вскоре мне сообщили, что я утвержден на роль.

— Новую картину Филиппа Янковского пока еще никому не показывали, однако, если судить по рекламному ролику, ваш герой Саша озлобился на весь мир потому, что у него было несчастливое детство. А хотелось ли вам, когда вы работали над ролью, представить себе такие детали биографии своего персонажа, которых не было в сценарии?

— Конечно, хотелось. Я постоянно думал о том, что заставило Сашу поступить именно так, а не иначе; размышлял, каковы были побудительные мотивы того или иного Сашиного поступка, я опирался не только на сценарий, но и на собственное воображение. В нашей профессии это обычная практика. Но долго рассуждать на эту тему я бы не хотел. Как говорится, увидите всё на экране. Скажу лишь, что реплик у моего героя совсем немного (около страницы текста на весь фильм). Поэтому передавать внутреннее состояние Саши нужно было не только словами, но и с помощью иных выразительных средств. И это было нелегко…

— В «Меченосце» вам пришлось участвовать в боевых сценах, лежать под искусственным дождем в солнечную погоду и т.д. Тем не менее, в одном из своих интервью вы сказали, что тяжелее всего вам дался финал. А в чем состояла основная сложность этого эпизода?

— Финал — это всегда большая ответственность. Если он неудачен, то не спасут ни интригующая завязка, ни увлекательный сюжет. А мы, как это часто бывает, снимали финальную сцену в середине съемочного периода. Пришлось немало потрудиться, чтобы войти в нужное эмоциональное состояние. Ведь моего героя в этот момент должны были переполнять очень сложные чувства. А что бы вы ощущали, если бы вам пришлось нести на руках тяжело раненную любимую женщину? Финал, одним словом, должен был быть по-настоящему драматичным…

— Известно, что в фильме Филиппа Янковского вам с Чулпан Хаматовой, исполнившей роль Кати (той самой любимой женщины), пришлось сняться по крайней мере в одной эротической сцене. Мне кажется, что ничего подобного вам раньше играть в кино не доводилось…

— Ошибаетесь, мне приходилось играть и такое. Только с мужчинами… (Смеется.) Таков уж был сюжет в фильме «Мечтать не вредно» (в этой картине герой Артема Ткаченко на некоторое время обретает женское тело. — Прим. ред.). Есть романтическая сцена — в бассейне — и в ленте «Ненасытные». Ну а если говорить серьезно, то вы правы: эротических сцен с таким эмоциональным накалом я в кино еще не играл. Честно говоря, мне было страшновато, хотя мы и решили обойтись без обнаженной натуры. Филипп подошел к съемкам этого эпизода с максимальной тактичностью. Все лишние люди были удалены с площадки, а нас с Чулпан даже огородили какими-то щитами. Перед командой «Мотор!» мы постояли вместе, поговорили, даже похихикали немножко… А затем пришла пора работать. Как ни странно, но каких-то особенных воспоминаний об этом у меня не осталось. Я всего лишь выполнял указания режиссера, служил проводником его воли. Перед камерой же был не Артем Ткаченко, а Саша. В этом, наверное, и состоит магия кино.

— Все ли сцены с вашим участием вошли в окончательный вариант картины?

— Насколько мне известно, все. Впрочем, законченной версии фильма я пока не видел. С нетерпением жду премьеры!

— С какими вашими работами помимо «Меченосца» смогут в ближайшее время познакомиться любители кино и тетра?

— Совсем недавно я закончил съемки в драме Алеко Цабадзе (автора «Бухты Филиппа») «Учитель русского». Речь в ней идет о последствиях чеченской кампании; о том, что делает война с душами людей. Я исполнил в этом фильме роль Коли Воронцова — студента юридического факультета, проходящего практику в милиции. Моим партнером по съемочной площадке стал Константин Хабенский. Я также сыграю небольшую роль в картине под рабочим названием «Герой ТЧК Любовник» (во всяком случае, именно так называется сценарий ленты) с Александром Абдуловым и Максимом Коноваловым. Ну а в театре мне предстоит принять участие в спектакле антрепризы «Империя звезд». Это будет комедия положений «Презентация». Не люблю сидеть без работы. Для артиста это тяжелее всего.

— Актеры не любят говорить о ролях, которые им хотелось бы сыграть. А существуют ли роли, от которых вы наверняка отказались бы по этическим соображениям или из-за суеверия?

— Таких ролей для меня сегодня не существует. Нельзя ведь отождествлять жизнь и кино. Мне даже хотелось бы сыграть настоящего злодея и негодяя. Впрочем, исполнить роль положительного героя в фильме-сказке тоже было бы неплохо. Ну а самая моя большая мечта — это сыграть Сальвадора Дали! Надеюсь, что когда-нибудь она осуществится.

Интервью взял Сергей Некрасов.